перевод сайта на украинскийПеревести сайт на Украинский

Переселенка из Луганска благодаря японскому гранту организовала в Харькове сладкий бизнес

«Папа и муж сомневались, что из моей затеи с пряниками выйдет что-то путное. Это стало для меня дополнительным стимулом», — говорит Екатерина Самарская-Сагайдаченко

Украинские казаки, «жовто-блакитнi» сердца, весенние красавицы, яркие цветы, сладкие ромашки, мультяшные фиксики, миньоны, свинки Пеппы. Каких только пряников не встретишь в мастерской талантливой переселенки! Даже не верится, что заниматься выпечкой Катя стала всего год назад. Ее семья, как и сотни тысяч людей, была вынуждена покинуть оккупированный Луганск. На родине остался большой двухэтажный дом. Здесь, в Харькове, Екатерина с мужем, ее родители и сестра вынуждены жить в съемной квартире. Чтобы не сойти с ума от бессилия и тоски по дому, Екатерина попробовала печь пряники. Всему училась самостоятельно, по Интернету. Сегодня в семейном бизнесе заняты все: мама заведует кондитерской частью, сестра Аня финансами, папа развозит заказы, а Катя — идейный вдохновитель, исполнитель и организатор — занимается всем сразу в режиме «24 часа семь дней в неделю».

— Я могу поговорить только после девяти часов вечера, — уточняет моя собеседница, 28-летняя Екатерина Самарская-Сагайдаченко. Мы два дня назад закончили обустройство новой мастерской и теперь работаем здесь, а не дома. После девяти, надеюсь, будет немного свободного времени.

…В Харьков из Луганска Катя с близкими перебралась летом 2014 года. В родном городе она окончила Луганский национальный университет имени Тараса Шевченко по специальности «Эстрадный вокал». Выступала в ресторанах, вела два кружка по пению в Доме культуры. Только поступила в аспирантуру, как пришла беда. Активные боевые действия вынудили семью Самарских бросить уютный дом, налаженную жизнь и стать скитальцами в родной стране. Катя по контракту полетела петь в Китай. Ее муж — профессиональный футболист — уехал играть в Казахстан. А родители переехали в Харьков.

— Когда окончился мой контракт в Китае, я тоже приехала к маме с папой в Харьков, — говорит Екатерина. — Конечно же, сначала было очень тяжело. Съемная квартира, безработица. Я пошла устраиваться по своей специальности, ведь в родном городе пела в ресторанах, кабаре. Здесь тоже пошла в ресторан. Мне дали работу, но конкуренция в Харькове между исполнителями такая высокая, что выступления не приносят желаемого дохода. Чтобы окончательно не впасть в уныние, я решила заняться выпечкой.

— То есть вы никогда не учились в кулинарном училище, не заканчивали курсы?

— Нет, просто мне всегда нравилось печь. В Луганске часто готовила торты для родных и друзей. Старалась придумывать что-то новое, удивить всех. Приехав в Харьков, просмотрела много роликов в Интернете и решила, что займусь пряниками и кексами. Сначала для меня это было просто хобби. Пряники — это ведь тоже творчество. И еще подстегивало неверие мужской половины нашей семьи. Папа и муж долго сомневались, что из затеи с пряниками выйдет что-то путное, тем более — что на этом можно будет зарабатывать. Их опасения и стали для меня дополнительным стимулом. Когда-то точно так же мне говорили, что я никогда не научусь петь. Мол, бросай, это не твое. Петь я выучилась профессионально. Теперь вот и пряники освоила в совершенстве.

— Катя, но вы не только выпекаете. Вы еще и удивительно красиво разрисовываете каждое изделие. Скажите, рисовать профессионально тоже не учились?

— Нет, — смеется девушка. — Но мечтала. В 17 лет даже пришла в художественную школу. Но мне сказали: вы опоздали, учеников такого возраста мы уже не принимаем. Так что рисовать училась сама. Сначала эскизы для изображений выбирала из Интернета. Теперь уже придумываю то, что идет от души. Делаю зарисовки, а потом переношу на пряники. Свою первую партию — десять штук — я продала в 2015 году на День влюбленных. Это был заказ моей подружки. На Восьмое марта заказов стало больше. Сейчас пряниками занимаются все члены нашей семьи, кроме мужа. Алексей играет в городских командах по футзалу и работает в частной фирме. А мы с мамой, папой и сестрой Аней выпекаем, пакуем, принимаем заказы, развозим, участвуем в выставках, продаем…

— Скажите, как вам удалось получить грант на развитие бизнеса?

— Мозговой и финансовый центр нашей фирмы — моя сестра Аня. Она у нас отвечает за бюджет, ищет рынки сбыта, пишет бизнес-проекты. Когда мы прочитали на сайте Программы развития ООН в Украине (ПРООН) о возможности получения от правительства Японии грантов для переселенцев, то отправили им свой бизнес-план. И он понравился. К тому времени наша семья уже наладила производство. Вся съемная квартира превратилась в мини-цех: на стенах вывешивались заказы, в коридоре стояли мешки с сахарной пудрой и мукой, кухня была заставлена пряниками и кексами. Сперва, помню, закупали по два килограмма сахарной пудры для глазури. Потом взяли пятикилограммовый мешок, затем — десяти. А вчера, когда мы наконец-то смогли переехать в новое отдельное помещение, сахарной пудры приобрели уже 200 килограммов!



*Эскизы для оформления пряников Катя ищет в Интернете и придумывает сама

— Вы так и выпекаете всю продукцию вдвоем с мамой?

— Нет, у нас есть помощница, тоже Аня. Она вьетнамка, ее фамилия Нгуен. Мои родители познакомились и подружились с близкими Ани еще в 1987 году, когда те жили в Луганске и работали на фабрике. Потом вьетнамцы перебрались в Харьков, но дружбу не прерывали, ездили друг к другу в гости. А когда в семьях родились дети, дали им одинаковые имена — Аня и Катя. Конечно же, когда мы приехали в Харьков, то снова встретились. Однажды Аня Нгуен сказала мне: хочу попробовать разрисовать твои пряники. Она сейчас учится на четвертом курсе архитектурного университета и очень хорошо рисует. У нее сразу все получилось. Когда стало много заказов, я Аню пригласила. И с осени она работает у меня официально. Благодаря гранту я уже могу выплачивать ей зарплату.



*”Расписывать пряники мне помогает подруга Аня, — говорит Екатерина Самарская-Сагайдаченко (слева). — Она учится в архитектурном университете и прекрасно рисует” (фото из соцсети)

— Были ли какие-то особые требования для получения помощи от правительства Японии?

— Нет. Основное требование — чтобы я была готова вложить в собственное дело четверть суммы от объема гранта. Ну и, конечно, бизнес-план, где было бы все просчитано и расписано. Эти деньги стали для нас таким подспорьем! Сейчас все пошло намного быстрей. Сразу же нашли помещение для мастерской. Заказали новое оборудование, выписали печь из Италии, холодильники, стеллажи, кондитерские столы. Две недели все облагораживали, обустраивали, устанавливали… И два дня как работаем на новом месте. Это просто какая-то сказка! Такое большое пространство, есть целая отдельная кладовка. Большая печь, в которую можно сразу ставить два противня и выпекать пряники партиями. Красота.

— А как же пение? Забросили?

— Нет, я не могу не петь. Мы и с моим будущим мужем познакомились, когда я выступала в кабаре в Луганске. Наши общие друзья пригласили его в это заведение. Сейчас, несмотря на катастрофическую нехватку времени, я все равно продолжаю петь — два или три раза в неделю в ресторане. В такие дни возвращаюсь домой с работы около полуночи, а ухожу утром, в восемь. Единственное, что плохо — с мужем практически не видимся…

А пою я всегда. Когда расписываю пряники — обязательно. В каждое свое изделие кладу только лучшие ингредиенты, самые отборные специи. Например, палочки корицы специально высылает из Португалии мой дядя. Я ее перемалываю, потом смешиваю с имбирем, кардамоном, гвоздикой, душистым перцем и добавляю в тесто. По качеству больше всего мне нравятся американские красители, у них богаче палитра цветов. А вот мука, сахар, масло — украинские. Поэтому пряники и выходят такими нарядными и вкусными. Себестоимость одного изделия — 20−22 гривни. Разбирают все: и в форме мультяшных фиксиков, и свинок Пеппа, и миньончиков, и открыток. Это так здорово — делать то, что радует других.



* Устоять перед таким лакомством, больше напоминающим яркий сувенир, не может никто. Продукцию семейного цеха раскупают мгновенно

— Никогда до этого не была кондитером, а сейчас уже всему научилась, все освоила, — говорит мама Екатерины Валентина Самарская. — Знаю, какие надо взять пакетики, как приготовить глазурь, какая нужна консистенция. Теперь у нас четкий график, по нему все выпекаем, замешиваем тесто, следим, чтобы не подгорело. Мы все теперь при деле и счастливы.

Только в феврале 12 переселенцев из Донецкой и Луганской областей, переехавших на Харьковщину, получили гранты на развитие собственного бизнеса. Общая сумма помощи третьего раунда — 1,11 миллиона гривен. Все эти люди победили в программе малых грантов ПРООН, реализуемых при поддержке правительства Японии. О том, что Япония будет предоставлять помощь Восточной Украине, было провозглашено на заседании Генеральной Ассамблеи ООН в сентябре 2014 года. Благодаря этой поддержке переселенцы смогли открыть новые пекарни, парикмахерские, мастерские, эко-фермы.

— Когда мы знакомились с уже открытым бизнесом, то видели, что помощь очень важна, — говорит координатор проекта ПРООН в Харьковской области Виктория Черевко. — Это именно тот кусочек доверия людям, которого им недостает. Чтобы они смогли вновь поверить в себя. Направления проектов — от ведения приусадебного хозяйства до открытия автомастерских, мелкое производство продуктов, одежды, мебели.

Всего в рамках трех раундов проекта, уточнили на официальном сайте Харьковской облгосадминистрации, финансовую помощь предоставили 25 переселенцам, проживающим на территории области. Общая сумма помощи более 3 миллионов гривен. Гранты варьируются от 50 до 225 тысяч гривен, в зависимости от количества рабочих мест, которые создает предприниматель. Благодаря финансовой поддержке все люди, получившие помощь в рамках этой программы, успешно ведут и развивают свой бизнес.

Читайте нас в Telegram-канале, Facebook и Twitter

источник: fakty.ua

сео продвижение одессаСео продвижение Одесса